Будущее и грядущее:
планировать или быть готовым?
доклад Тахира Базарова на 14-м Санкт-Петербургском саммите психологов
опубликован в Психологической газете
С докладом «Будущее и грядущее: планировать или быть готовым?» во время панельной дискуссии «Страхи и Надежды Человечества. Психология спасет мир?» на 14-м Санкт-Петербургском саммите психологов выступил Тахир Базаров. Тахир Юсупович Базаров – доктор психологических наук, профессор Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова и НИУ «Высшая школа экономики», научный руководитель Московской школы практической психологии.

Наступила Реальная жизнь.
Иллюзия о предсказуемости мира,
исчезла вместе с пеленой защищенности.
(заметки очевидца)

«Большинство людей повзрослело. Для многих по-новому зазвучал вопрос о собственной судьбе и идентичности. И все это происходит на фоне кризиса «планетарной идентичности» (А.Г. Асмолов). Кто-то обнаружил себя родителем, кто-то понял, что он руководитель или преподаватель от Бога, а кто-то осознал, что по недоразумению. Все или почти все привычные связи обрушились. Человек остался наедине с самим собой и вдруг ощутил, что означает модальность бытия «сам по себе» и что означает шутливая фраза, что во время отлива стало видно тех, кто купался без плавок. И одновременно стало явным, что каждый сам выбирает свою судьбу и решает свою собственную задачу: выжить, продолжать функционировать, изменить что-то или измениться самому. Об этом прекрасно сказано в докладе Н.В. Гришиной. И, что удивительно, без всякого приказа сверху. Поразительно быстро и бескомпромиссно на первый план выступила личная стратегия, собственные смыслы. Как-будто молодой лейтенант выжил в первом бою и пытается понять, «что это было». А спросить не у кого, все такие же, как и он.

Дружить с неопределенностью – это дружить с самим собой. Быть непредсказуемым в неопределенности – это быть готовым к встрече с тем, чего нет. Главное, чтобы изменить жизнь в условиях неопределенности, нужно изменить себя. Возможно, стать более непредсказуемым.

Конечно, важны события и наши действия, но не менее важны мы сами. Кто мы, какие мы, какими мы можем быть?

Вспоминается Б.Л. Пастернак:

«Будущего недостаточно.
Старого, нового мало.
Надо, чтоб ёлкою святочной
Вечность средь комнаты стала».

Кстати, о генералах, о которых вспомнил Дмитрий Леонтьев. Мы привыкли планировать будущее, приговаривая вслед за генералом Эйзенхауэром: «План – ничто, планирование все». Но как говорил другой, правда менее известный генерал: «У нас есть только две задачи: тренироваться и воевать. Когда мы не воюем, мы тренируемся. Когда мы воюем, мы обучаемся». Подстрочником прочитывается следующее: тренируемся, планируя будущее, обучаемся, чтобы быть готовыми к грядущему.

Чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова как-то спросили: «На сколько ходов вперед вы думаете?». Ответ гроссмейстера показался парадоксальным: «Главное в шахматах - это не то, на сколько ходов вперед ты думаешь, а как ты анализируешь текущую ситуацию».

Не зная объективно своей ситуации, мы начинаем планировать и просчитывать ходы, которые оказываются ошибочными в принципе. И поскольку просчитать всего невозможно, очередь до правильных ходов так никогда и не доходит. В результате, мы выбираем лучший вариант из худших. Лучший из тех, которые мы рассматривали. Прав французский драматург Жан Жироду: «Единственный способ ночью не увидеть светлячка, это его осветить». Возвращаясь к докладу Е.В.Субботского, хочется словами А.А.Брудного отметить: «Сознание это не отражение, а освещение». И понятно, что освещать нужно, сознавая направленность и интенсивность свечения.

Применяя ту же самую стратегию к жизни, давайте подумаем, как часто мы вместо того, чтобы адекватно оценить происходящее, пытаемся просчитать ходы вперед, и как часто позднее эти ходы оказываются не вперед, а в сторону.

Что означает адекватное оценивание ситуации? Что является предметом для сравнения? Само будущее или мое место в нем?

Сегодня, согласно имеющейся у нас эмпирике, в отличие от предыдущих кризисов, участники событий обращают внимание на недостаток любопытства и исследовательской активности по отношению к себе и к своему окружению. Предметом сожаления также часто выступает асимметрия в анализе опыта: «разбор полетов» редко заканчивался «утилизацией успеха». И этого знания сегодня стало недоставать. Точно также обнажилась асимметрия в системе «безопасность-защищенность»: можно не иметь реальной безопасности, но ощущать собственную защищенность. И, наоборот, можно быть в безопасности, но не иметь чувства защищенности.

Прав гроссмейстер: «Тот, кто говорит, что не знает, что ему делать дальше, всего-навсего не знает, что происходит с ним сейчас».

Что важно знать о себе?

Как я воспринимаю ситуацию?

Ю.М.Жуков поэтично называл хамелеона самым постоянным животным: это вокруг него все меняется, но он-то постоянен к этим изменениям.

Какую стратегию я использую?

Понимаю, принимаю, поддерживаю или отрицаю, защищаюсь, вытесняю? П.Н. Шихирев довольно точно различал четыре типа стратегии: адаптивная, реактивная, проактивная или интерактивная? Идея интерактивности близка к тому, что мы в последнее время с легкой руки А.Г.Асмолова называем преадаптивностью.

Насколько я оказался готовым к изменениям?

Здесь кажется уместным Я.Багров:

«Хочешь — бейся,
Хочешь — бойся,
Хочешь — ставь на карту честь.
Будь спокоен. Беспокойся.
Стань в ряды, в колонну стройся!
Мир таков, каков он есть.
Ты не рад его покрою?
Он попрал твои мечты?
Тайну я тебе открою.
Слушай: Он такой, как ты». `

В сложившейся ситуации отсутствуют надежные рецепты не только лечения, но и оказания психологической помощи, поскольку мы имеем дело с тем, чему пока нет названия в психологии. «Психологическая пандемия» в таких масштабах беспрецедентна. Но именно здесь отчетливо проявляются сущностные особенности личности, а именно, характеристики в стабильных и быстро меняющихся условиях, способы адаптации к переменам; планирование и реализация плана; отношение к возможностям и ограничениям, к неудаче и успеху, к правилам в ситуациях изменений; восприятие будущего.

Нет общего рецепта, но на некоторые вопросы можно ответить, и мы уже отвечаем с учетом такой индивидуальной психологической характеристики как тип реагирования на ситуацию изменений.

По результатам эмпирического исследования нами вместе с доцентом МГУ им. М.В. Ломоносова Е.В.Битюцкой разработан опросник, позволяющий выявлять семь основных типов реагирования на изменения. В каком-то смысле это продолжение серии наших исследований (совместно с М.Сычевой), направленных на выявление стилей реагирования на изменения. Однако, сегодня разработанный инструментарий позволяет не только диагностировать, но и помогать людям справляться с трудными жизненными ситуациями.

Почему? Потому что появилась уникальная возможность дешифровать индивидуальный код личности в ситуации изменений. Каждый код имеет свою тайну и одновременно разгадку. В чем тайна? В шифре, кто автор шифра? Сам человек или обстоятельства, его сформировавшие? Возможно, это даже «Замок Бога», о котором говорил Виктор Ефимович Каган. Тогда разгадка состоит не в обычной дешифровке, а в понимании ключа, с помощью которого был создан код. Т.е. нужно найти текст и концепты, которые и лежат в основе ключа. Так вот наши исследования и практическая работа сотрудников Московской школы практической психологии в рамках Московского института психоанализа последних месяцев показывают, что искомое пространство задано серией полярных шкал. Поскольку наше исследование в самом разгаре, могу назвать лишь некоторые из них, которые задают пространство искомого ключа:

  • Уверенное знание – волнующее ожидание
  • Уверенность в успехе – безнадежность
  • Оптимизм – пессимизм
  • Созидание нового – сохранение имеющегося
В реальности мы получаем доступ к индивидуальному коду личности, характерной особенностью которого является не только уникальность взаимодействия каждого из нас с ситуацией изменений, но и возможность увидеть стратегию преодоления проблем и трудностей на этом пути.

Сегодняшний разговор в очередной раз убедил меня в том, что психотерапия и практическая психология это не одно и тоже. Выпуск 72 года приветствует друг друга, а я как выпускник 77 года, вспомню своего однокурсника. Так вот, Федор Василюк не случайно предлагал различать практическую психологию и психологическую практику. Не вдаваясь в дискуссию, отмечу, что симпатия, как основа оказания помощи, дело, конечно, хорошее, но не единственно возможное и продуктивное. Для успеха практической психологии важны методологические основания и методические инструменты. При этом личность практикующего психолога, как говорила Лариса Петровская, и есть ключевой инструмент.

Методология консультирования, апробированная в ситуации пандемии, основывается на ситуационном моделировании – это метод совместного движения консультанта и клиента по разрешению стоящей проблемы. В ходе этого движения совместно осознаются трудности, определяются способы их преодоления, сценируются ситуации, способствующие достижению цели, определяются оптимальные шаги на пути к результату. Консультант берет на себя не только экспертную ответственность, но и ответственность за построение правильного процесса движения к цели.

Проиллюстрируем это на материале работы с представителями консервативного типа. Тем более, что именно консерваторы часто в фокусе внимания в современной ситуации. Общим ключом к данному коду оказалась импровизация, позволяющая людям этого типа справляться с ситуацией изменений. Но, одновременно, импровизация является непреодолимой преградой к активности, блокирующей ресурсы личности консервативного типа по преодолению трудной жизненной ситуации. В рамках ситуационного моделирования был найден ответ, состоящий в том, чтобы воспользоваться возможностями спланированной импровизации. Эффект превзошел все наши ожидания. В искусственных условиях (даже в дистанционном формате) можно создавать возможности для того, чтобы в настоящем сыграть в будущее, чтобы лучше подготовиться к тому, что грядет.

Вернусь к началу сегодняшнего дня, к словам Светланы Николаевны Костроминой: «Надеяться, значит быть готовым к тому, что еще не родилось». Будущее – это лишь наше представление о том, что еще не наступило, а грядущее – это то, что обязательно наступит. Сколько бы мы ни планировали будущее, нам трудно угадать, что именно произойдет. Сегодняшняя ситуация призывает нас быть готовыми к грядущему. А это ответ на вопрос: что именно нам нужно сделать с собой, чтобы этого добиться? Возможно, в ответе на этот вопрос и состоит миссия современной практической психологии?

Один из последних мною услышанных гарриков Игоря Губермана, которого я люблю за ироничность и точность формулировок, сегодня в ходе нашего разговора претерпел некоторые изменения. Видимо, в силу ситуации.

«Я к мысли некогда пришел
И возвращаюсь к ней не раз
Все будет очень хорошо...
Но много позже и без нас» (Губерман)

«Все будет очень хорошо
И очень скоро и при нас».


Завершая короткое сообщение, хочу еще раз поблагодарить организаторов за приглашение. В который раз я убеждаюсь в том, что именно вам всегда удается быть готовыми к любым неожиданностям».

Литература:

  • Базаров Т.Ю., Сычева М.П. Создание и апробация опросника «Стили реагирования на изменения». Психологические исследования. 2012. Т.5. № 25.
  • Битюцкая Е.В., Базаров Т.Ю. Особенности восприятия жизненных событий людьми с разными предпочитаемыми стилями реагирования на изменения // Вопросы психологии. 2019. № 3. С. 94–106.
Опубликовано 22 июня 2020

Наши статьи
Мы пишем полезные и интересные статьи на разные темы связанные с психологией в бизнесе и жизни
Как только будет новая статья — вы ее прочитаете первыми!
Мы будем вам присылать анонсы предстоящих мероприятий
Оставьте свои контакты
Нажимая на кнопку вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности